» Главная » Статьи
биография : статьи : аудио : фотографии : стихи : рисунки : форум
 
Бытовой сюр
Игорь Шевелёв

Владимир Ковенацкий. Альбом стихов, рисунков и гравюр. - М.: Культурная революция, 2007. - 288 стр.

Автор - художник и поэт, одна из ярчайших фигур московского андеграунда 60-70-х годов, представитель его "южинской школы", откуда вышли Мамлеев, Буковский и другие замечательные деятели подпольной культуры. Мистики и алкаши, бродяги и метафизики, авангардисты и диссиденты - все смешалось в мире, где каждый обретал собственную свободу поверх затхлой власти и зацикленности на борьбе с ней.

Бытовой сюрреализм - вот лучшее определение жанра, в котором работал, да и жил Ковенацкий (1938-1986). "А он летит по-над толпой / Под непрерывный визг и вой, / В ответ на возмущенный крик / Ехидно высунув язык", - его стих "О человеке, воспарившем над толпой" с парным автошаржем. Когда ничего не случается, происходит все что угодно, и, если ничего не можешь, значит, все дозволено - вот урок и принцип застойной жизни, воплощенный Ковенацким. В его драме "Бредоград" крысы поют: "Мы жители помоек, / Дощатых нужников. / Наш дух свиреп и стоек, / Свободен от оков. // Мы пляшем ночью синей, / Мы лапками сплелись. / Да здравствует крысиный / Экзистенциализм!"

Сегодня понятно, насколько они, герои подпольного самиздата, были едины, хоть все и сами по себе. Чтобы состоялись Высоцкий и Пивоваров, Венедикт Ерофеев и Эрик Булатов нужны были десятки менее удачливых, хоть и столь же талантливых людей, составивших творческую волну поколения. "Надо мной цветет природа. / Тесен гроб и вглубь, и вширь. / Я не дам тебе развода, / Потому что я упырь" - из этого стихотворения вышел весь ранний Мамлеев, написавший, кстати, предисловие к книге-альбому. А из этого - "Я ненавижу слово "мы". / Я слышу в нем мычанье стада, / Безмолвье жуткое тюрьмы / И гром военного парада" - вышли и все остальные. Тут же и безыдейно-психологическая проза: "За мной гналась бешеная собака, я горел в танке, меня едва не убили бандиты на окраине осенней ночью, но ни разу я не испытал такого ужаса, как в тот миг, когда подо мной рухнул унитаз". В книге - истоки "русского баракко", соединившего темные фантазии Гойи и Достоевского.

Источник: «Московские новости»
Блог автора в Живом Журнале

 

техподдержка: | created 2k5-2k8